Энергосовет - энергосбережение и энергоэффективность
Главная >> Архив номеров >> Экономика и управление >> >> Архив номеров

Анонсы

21.06.18 Круглый стол «Специфика внедрения системы энергетического менеджмента на российских предприятиях» подробнее >>>

20.06.18 Комитет Государственной Думы по энергетике проводит «круглый стол» на тему «Законодательное обеспечение развития цифровой энергетики в России» подробнее >>>

18.06.18 Лучшие экологически ответственные компании получат право использовать знак «Выбор потребителей - 2018» подробнее >>>

Все анонсы портала

Новое на портале

21.06.18 Анализ и опыт применения тепловых геотермальных насосов в России // статья подробнее >>>

18.06.18 Музыканты записали видео с с использованием возобновляемых источников энергии // ВИДЕО подробнее >>>

21.05.18 ИД Коммерсантъ. Smart City & ЖКХ: Правовая основа энергосбережения и энергоэффективности // ВИДЕО подробнее >>>

10.05.18 ИД Коммерсантъ. Smart City & ЖКХ. Евгений Грабчак, Минэнерго РФ: Цифровая трансформация электроэнергетики России // ВИДЕО подробнее >>>

Все новости портала

Эта статья опубликована в журнале Энергосовет № 3 (28) за 2013 г

Скачать номер в формате pdf (4812 kБ)

Повышение энергоэффективности в российской промышленности. Что делать!



Рубрика: Экономика и управление
Автор: И.А. Башмаков

К.э.н. И.А. Башмаков, директор Центра по эффективному использованию энергии. ЦЭНЭФ, г. Москва, Лауреат Нобелевской премии мира в составе Межправительственной группы экспертов по изменению климата, cenef@co.ru

 


Структура и тенденции потребления энергии и динамики энергоэффективности в промышленности России
в 2000-2011 гг.

В структуре потребления энергии в России доминирует промышленность: в потреблении первичной энергии доля промышленности в 2011 г. была равна 26%, а с учетом использования топлива на неэнергетические нужды - 32%; в конечном потреблении энергии доля промышленности остается довольно значительной: 35,3% в 2011 г. (43,6% при учете неэнергетических нужд), но постепенно снижается (на 3% в 2000-2011 гг.).

В 2000-2011 гг. практически удалось разорвать связь между ростом промышленного производства в России и динамикой энергопотребления. В 2002-2006 гг. потребление энергии в промышленности росло, а затем стало снижаться, и в 2010 г. оно было ниже уровня 2001 г. Однако, в 2011 г. оно выросло на 12,3 млн т у.т., особенно значительно в прочих отраслях промышленности (8,7 млн т у.т.), в процессах добычи нефти и при производстве цемента.

Энергоемкость промышленного производства снизилась в 2000-2011 гг. на 40%, но на счет совершенствования технологической базы промышленного производства пришлась только небольшая доля ее снижения. Энергоемкость промышленного производства в 2000-2011 гг. снижалась в среднем на 4,5% в год, а индекс энергоэффективности - только на 2,9% в год. Разница между их динамикой отражает вклад структурного фактора, на долю которого пришлось 38% снижения энергоемкости. Вклад фактора снижения удельных расходов энергии составил 62%, что близко к данным по США, где на него пришлось 65% снижения энергоемкости в промышленности. Однако, при включении в анализ других факторов оказывается, что индекс энергоэффективности в промышленности снизился только на 4%, или снижался в среднем на 0,3% в год. Таким образом, на фактор совершенствования технологической базы промышленного производства пришлась только небольшая доля снижения энергоемкости промышленности. В основном же она снижалась за счет изменения структуры промышленного производства, колебаний загрузки производственных мощностей, изменения цен на энергоносители и погодных условий.

Фактические значения индикаторов Подпрограммы «Энергосбережение и повышение энергетической эффективности в промышленности» оказались хуже заданий Государственной программы для 18 из 33 индикаторов. Важнейшими факторами недостижения целевых значений ряда индикаторов в промышленности стали:


Таблица 1. Доля затрат на топливо и энергию в себестоимости промышленной продукции (%)

Сектор

Все страны1

Развитые страны

Развиваю-щиеся страны

БРИКС

Россия

Нефтепереработка

61,6

59,4

70,6

68,4

54,7

Строительные материалы

11,8

7,2

12,7

6,5

13,2

Металлургия

7,3

5,8

8,3

9,9

11,7

Химия и нефтехимия

3,9

4,9

3,5

10,0

9,92

ЦБП

3,2

3,6

2,9

4,0

9,6

Резина и пластики

5,3

3,4

6,8

7,8

4,12

Транспортное оборудование

3,2

1,3

5,6

2,4

2,9

Машиностроение

2,0

1,4

2,7

4,0

3,7

Электронное оборудование

1,5

1,7

1,4

2,2

2,9

Текстильная

3,0

2,3

3,3

2,5

5,1

Пищевая

2,3

1,7

2,5

1,9

3,1

1 По 50 странам. Данные включают расходы на использование энергоресурсов в качестве сырья.

2 Без расходов на использование энергоресурсов в качестве сырья.

Источники: Данные по России - Промышленность России. 2012. Росстат. 2012: Данные по другим странам - UNIDO. 2011. Industrial Development Report 2011. Industrial energy efficiency for sustainable wealth creation. Capturing environmental, economic and social dividends.

 


Рис. 1. Динамика энергоемкости промышленного производства и индекса энергоэффективности

Риски сохранения низкой энергоэффективности для промышленности России

Путь в будущее лежит только по дуге снижающейся энергоемкости ВВП и промышленного производства. Россия находится существенно выше этой дуги. Шансов продвинуться дальше по уровню экономического развития с такой высокой энергоемкостью довольно мало. До кризиса 2009 г. Россия была в числе мировых лидеров по темпам снижения энергоемкости ВВП, и разрыв с развитыми странами динамично снижался. Задача снижения энергоемкости ВВП на 40% за 10 лет уже однажды (1998-2008 гг.) в России была решена. Однако из-за значительной исходной величины разрыва в уровне энергоемкости ВВП с развитыми странами, несмотря на впечатляющий прогресс последних лет, для его ликвидации необходимо сделать еще очень много.

Россия находится на 108-ом месте из 132 стран по уровню эффективности использования энергии в промышленности (рис. 2). После 2000 г., при переходе к восстановительному росту, энергоемкость промышленного производства заметно (на 33%) снизилась. Однако в докризисном 2008 г. она все еще в 12 раз превышала энергоемкость промышленного производства Великобритании, в 11 раз - США, в 5 раз - Канады, в 2,4 раза - Китая.[1] Практически по всем промышленным технологиям существует значительный разрыв уровней эффективности использования энергии не только с НДТ, но и с наиболее распространенными за рубежом технологиями. За 2000-2011 гг. технологические разрывы с лучшими зарубежными показателями несколько сократились, но все же остаются довольно значительными: по коксу - 1,4 раза, по чугуну и электростали - 1,9 раза, по прокату - 3,7 раза, по удобрениям - 1,5 раза, по целлюлозе - 1,6 раза, по бумаге - 1,5 раза и по клинкеру - 2 раза (рис. 3). Даже при сравнительно низких ценах на топливо и энергию доля их составляющих в себестоимости промышленной продукции в России выше, чем не только в развитых, но и во многих развивающихся странах (табл. 1).

В «консервативном - энергосырьевом» сценарии прогноза МЭР до 2030 г. цены на энергию растут: в 2015-2030 гг. оптовые цены на газ в среднем для всех категорий потребителей увеличатся в 4,3-4,4 раза и в 2030 г. составят фантастический по нынешним меркам уровень: 350-360 долл.; в 2015-2030 гг. стоимость электроэнергии вырастет в 2,4-2,5 раза. Средние цены на электроэнергию для всех категорий потребителей на розничном рынке в целом за период 2015-2030 гг. вырастут в 2,6-2,65 раза и к 2030 г. составят 16,5-17 центов за кВт∙ч; рост тарифов на теплоэнергию в 2015-2020 гг. составит 2 раза, а за 2015-2030 гг. - 3,7 раза.

 Рис. 2. Положение России по уровню энергоемкости обрабатывающей промышленности

При повышении цен на энергоносители до уровня ЕС или падении цен на сырьевую продукцию российская промышленность теряет свою конкурентоспособность:  

Таким образом, одним из необходимых условий продвижения России вверх по индексу конкурентоспособности является снижение энергоемкости ее экономики и промышленности.

Рис. 4. Распределение объемов производства клинкера по уровню удельных расходов в России

Значительная часть разрыва в уровнях энергоэффективности определена использованием устаревших технологий. В России вся кривая распределения объемов производства клинкера по уровню удельных расходов проходит существенно выше, чем в Западной Европе и Северной Америке (рис. 4). Поэтому по уровню средних удельных расходов на производство клинкера Россия превосходит Европейский Союз на 62%, Китай - на 46% и Северную Америку - на 33%.

Сравнение темпов внедрения новых технологий в промышленности Китая и России за последние 10 лет (табл. 2) показывает, что: Россия существенно отстает по уровню внедрения этих технологий; темпы модернизации энергоемких производств в России существенно уступают китайским. В Китае примерно половина новых технологий внедрялась в процессах модернизации имеющихся производств, а другая половина - в процессе нового строительства.

 

Потенциал экономии энергии в промышленности России

При независимой реализации мероприятий по экономии энергии в промышленности и ТЭК потенциал экономии энергии равен 231 млн т у.т. Потенциал экономии энергии в промышленности - это сумма потенциала экономии в переработке топлива и в промышленности, которая является конечным потребителем топлива и энергии, а также за счет объемов снижения сжигания попутного газа в факелах. Сравнение относительной величины технического потенциала экономии энергии в отдельных секторах промышленности России и других стран показывает, что она выше, чем в развитых странах, но зачастую и выше, чем в развивающихся. Последнее не удивительно, поскольку в развивающихся странах доля нового оборудования построенного в последние годы на новой технологической основе довольно велика. Что касается абсолютной величины экономии, то по отдельным направлениям российские объемы потенциала сопоставимы с мировыми.

Экономический потенциал экономии энергии в промышленности (с учетом ТЭК) равен 210 млн т у.т. (91% от технического потенциала), что на 21 млн т у.т. меньше технического (рис. 5). Меры по повышению энергоэффективности в промышленности окупаются в ОЭСР в среднем быстрее 5 лет, а в прочих странах - за 1,5-2 года, а в России - в среднем за 4 года. Для основной части мер по повышению энергоэффективности стоимость экономии энергии ниже стоимости ее приобретения или выработки. Рыночный потенциал экономии энергии равен 183-186 тыс. т у.т., или около 80% от технического потенциала, и 89% от экономического потенциала (рис. 5).

При учете фактора наложения эффектов (снижения потребности в производстве отдельных энергоносителей за счет их экономии) потенциал экономии энергии равен 114 млн т у.т. или 25% всего потенциала экономии энергии и 43% от объема потребления энергии в промышленности. Это превышает годовое потребление энергии в таких странах как Польша, Нидерланды или Турция. Часть потенциальной экономии энергии при выработке электрической и тепловой энергии (в сумме 242 млн т у.т.) также можно отнести к промышленным электростанциям и котельным. Если эта часть равна трети, то суммарно технический потенциал экономии энергии в российской промышленности равен 194 млн т у.т. или 41% от всего размера технического потенциала экономии энергии в России. В промышленности (без ТЭК) потенциал экономии конечной энергии составляет 73 млн т у.т. Наличие косвенных эффектов является основанием для субсидирования деятельности по повышению эффективности использования энергии со стороны государства и общества, которое получает этот косвенный эффект бесплатно. Если конечный (промышленный) потребитель экономит 1 т у.т. нефтепродуктов, то суммарная потребность в энергии в ТЭК снизится еще на 0,12 т у.т., а при учете их транспорта - на 0,2 т у.т. Самые высокие косвенные эффекты у электроэнергии и тепла. С учетом всех косвенных эффектов оказывается, что при экономии у конечного российского потребителя 1 т у.т. электроэнергии по всей энергетической цепочке экономится 4,7 т у.т. (4,9 т у.т. при учете транспорта топлива).

На долю промышленности (с ТЭК) приходится 61% потенциала снижения выбросов парниковых газов в России. Без ТЭК на долю промышленности приходится 22% потенциала снижения выбросов парниковых газов. Основная часть потенциала сосредоточена в производстве электрической и тепловой энергии при условии, что вся косвенная экономия приписывается именно этому сектору. В этом случае на промышленность приходится почти 90 млн т СО2экв. плюс эффект от снижения сжигания попутного газа в факелах - 24 млн т СО2экв., или около 11% от потенциала снижения выбросов ПГ.

Суммарная экономия затрат на энергию от реализации всех рассмотренных мероприятий включая отрасли ТЭК, равна 1210 млрд руб. в год или около 40 млрд долл. Это эквивалентно 42% от всех расходов на энергоснабжение в промышленности в 2012 г. Без отраслей ТЭК экономия равна 509 млрд. руб. в год. Это эквивалентно 27% от всех расходов на энергоснабжение в промышленности России (без ТЭК) в 2012 г. Суммарная стоимость экономии энергии при реализации: экономического потенциала экономии энергии равна 1020 млрд руб., а рыночного потенциала - 959 млрд руб.

 

Возможности «извлечения» потенциала экономии энергии в промышленности России

Ключевыми параметрами, определяющими результативность мер по повышению энергоэффективности в промышленности, являются: оценки объемов выпуска продукции; объемы выбытия устаревшего оборудования; масштабы модернизации оборудования; объемы ввода нового оборудования; технологические параметры модернизации оставшегося оборудования (доведение до параметров среднего зарубежного оборудования); технологические параметры нового оборудования. Рассматривались два варианта: доведение удельных расходов до параметров среднего зарубежного оборудования и доведение до параметров лучшего зарубежного оборудования для нового оборудования (практический минимум).

В отношении перспектив развития экономики были рассмотрены два сценария: инерционный (технологическая модернизация будет происходить, но ее темпы будут близки к тем, что имели место в 2000-2011 гг., в ряде отраслей промышленности будут реализованы начатые в последние годы масштабные проекты по введению новых энергоэффективных мощностей и эти эффекты «автономного» технического прогресса учтены в расчетах по инерционному сценарию), а также инновационный (за счет дополнительных мер политики повышения энергоэффективности в промышленности процессы ее модернизации будут существенно ускорены, что позволит обеспечить более динамичное снижение удельных расходов энергии). Разница в потреблении энергии для этих двух сценариев - экономия за счет дополнительных мер политики по повышению энергоэффективности.


Табл. 2. Примеры динамики применения энергоэффективных НДТ в Китае и России (%)

Сектор и технология

2000 г.

2006 г.

2007 г.

2008 г.

2009 г.

Эффект экономии энергии

Черные металлы

Непрерывная разливка стали

Китай

 

 

83

 

 

99

 

 

99

 

 

99

 

 

99

Экономия 200 кг у.т./т стали

Россия

50

68

71

71

82

 

Сухое тушение кокса

Китай

 

 

 

45

 

50

 

>70

Экономия 100 кг у.т./т кокса

Россия

 

 

 

 

70

 

Алюминий

Электролизеры с обожженными анодами

Китай

 

 

52

 

 

82

 

 

83

 

 

86

 

 

90

Экономия энергии до 9% по сравнению с электролизерами Содерберга

Россия

 

 

 

 

75

 

Цемент

Переход на многостадийный «сухой» способ производства клинкера

Китай

 

 

 

 

12

 

 

 

 

50

 

 

 

 

55

 

 

 

 

63

 

 

 

 

73

Экономия энергии до 40% по сравнению с вертикальными печами

Россия

14

15

16

16

16

 

Источники: Данные по России - ЦЭНЭФ. Данные по Китаю - UNIDO. 2011. Industrial Development Report 2011.

 Industrial energy efficiency for sustainable wealth creation. Capturing environmental, economic and social dividends.


При реализации инерционного сценария энергоемкость промышленного производства падает к 2020 г. на 22% от уровня 2007 г. Характеристики повышения энергоэффективности улучшаются существенно медленнее, чем в инновационном сценарии. Риски сохранения высокой энергоемкости при росте цен на энергию остаются высокими. Развитие ситуации по «консервативному» сценарию приведет к росту расходов промышленности на энергоснабжение с 2,7 трлн руб. в 2011 г. до 6,9 трлн руб. в 2020 г. и до 15,3 трлн руб. в 2030 г. То есть они, по меньшей мере, вырастут в 5-6 раз! Если доля расходов на энергию в отгруженной продукции российской промышленности в 2011 г. была равна 7%, а для обрабатывающей промышленности - 8,7%, то в США - только 3%. Рост тарифов, если он не будет компенсирован существенным повышением энергоэффективности, приведет к дальнейшему падению конкурентоспособности российской промышленности. Существенные разрывы по уровню энергоэффективности российский промышленности с другими странами и тем более с НДТ сохраняются.

 

Интегральный анализ затрат и выгод от реализации мер по повышению
энергоэффективности в России

 6

Переход к инновационному сценарию и интенсификация процесса модернизации российской промышленности позволит задействовать существенный дополнительный ресурс энергоэффективности в промышленности в размере не менее 64 млн т у.т. в 2030 г. (рис. 6). Это позволит снизить энергоемкость промышленного производства на 42% к 2030 г. Это также позволит снизить выбросы ПГ от промышленности на 85 млн т СО2-экв. к 2020 г. и на 152 млн т СО2-экв. к 2030 г. (рис. 7). Последняя цифра равна 10% от выбросов ПГ в секторе энергетики России в 2010 г. Добавим, что это дополнительное снижение выбросов по сравнению с инерционным сценарием.

 7

Чтобы реализовать эти меры, нужно за 18 лет израсходовать внушительную сумму: 1330 млрд руб. Это почти 44 млрд долл. США или в среднем в год около 74 млрд руб. (рис. 8). Эти затраты включают 500 млрд руб. на модернизацию газотранспортной системы. Без последней составляющей затраты равны 830 млрд руб. (около 26 млрд долл. США или 46 млрд руб. в год). В 2011 г. в России на цели энергосбережения по оценкам МЭА было израсходовано 5700 млн долл., или около 174 млрд руб. Оценки ЦЭНЭФ дают близкий диапазон: 5200-5900 млн долл. При этом в промышленности на эти цели было израсходовано примерно 1000-1200 млн долл. или около 30-36 млрд руб. Таким образом, стоит задача практического удвоения годовых инвестиций в повышение энергоэффективности в среднем до 2030 г.

8

Что могут дать эти инвестиции? Они дадут экономию годовых затрат на энергию в ценах 2012 г. в размере 170 млрд руб. в 2020 г. и 360 млрд руб. в 2030 г. (рис. 9). Всего за 2013-2020 гг. экономия составит 857 млрд руб., а в 2013-2030 гг. - 3570 млрд руб., или 117 млрд долл. США. Это равняется расходам всей промышленности на энергоснабжение за 1,3 года; 67% доходов от экспорта нефти в 2011 г.; 183% доходов от экспорта газа в 2011 г.; в 10 раз превышает доход от экспорта удобрений в 2011 г.; более чем в 5 раз превышает доход от экспорта черных металлов в 2011 г.

9

Имея ввиду рост тарифов на энергоносители в 2013-2030 гг., экономия энергии в промышленности, выраженная в ценах соответствующих лет будет существенно выше. Всего за 2013-2020 г. для промышленности она составит 1090 млрд. руб.; для электроэнергетики - без малого 800 млрд. руб.; для теплоэнергетики - еще 280 млрд. руб.; для трубопроводного транспорта - 470 млрд. руб. Итого 2640 млрд. руб. Без этого расходы на энергоснабжение промышленности в 2020 г. были бы на 40% выше.

Резюмируя отметим, что реализация дополнительных мер по повышению энергоэффективности в промышленности в 2013-2030 гг. позволит снизить потребление энергии в промышленности на 64 млн т у.т. в 2030 г. и на 706 млн т у.т. в 2013-2030 гг.; снизить выбросы ПГ на 85 млн т СО2экв. в 2030 г. и на 1673 млн т СО2экв. в 2013-2030 гг.; снизить расходы на энергоснабжение российской промышленности за 17 лет суммарно 117 млрд долл. США и снизить их рост к 2030 г. по сравнению с консервативным сценарием на 40%. Чтобы этого добиться, нужно как минимум удвоить среднегодовой объем инвестиций в проекты по повышению энергоэффективности в промышленности в ближайшие 17 лет. А чтобы добиться этого, нужно сформировать эффективное частно-государственное партнерство в сфере повышения энергоэффективности в промышленности!

 

Что мешает двигаться вперед? Барьеры на пути повышения эффективности использования энергии в промышленности

Потенциал энергосбережения подобен запасам нефти. Он может быть большим, но пока «скважина» не пробурена, он так и остается в «недрах». Чтобы начать его освоение, необходимо пройти плотные породы барьеров повышения энергоэффективности. Эти барьеры имеют очень разную природу: ценовые и финансовые; барьеры, связанные со структурой и организацией экономики и рынка; институциональные барьеры; социальные, культурные, поведенческие и т.д. Практически все они устранимы с помощью целевых мер политики по повышению энергоэффективности. Чтобы такая политика была максимально эффективна, необходимо четко и ясно понять, что более всего мешает внедрению энергоэффективных технологий и стереотипов поведения.

Недостаток мотивации. Ограниченность конкуренции при возможности переложить рост затрат на потребителя (до достижения предела его платежной способности), перекрестное субсидирование, отсутствие средств учета и регулирования потребления - все это снижает мотивацию к энергосбережению. Экономические механизмы выстроены так, что получатель экономии часто не определен и не оформлен институционально. Сегодня не всегда можно получить ясный ответ на простой вопрос: кому лично выгодна экономия энергии? Потребитель реагирует на рост доли в расходах. Если он может компенсировать увеличение тарифов повышением эффективности, то удорожание энергии не тормозит экономический рост, не разгоняет инфляцию и не снижает платежную дисциплину. Главными проблемами являются изъятие экономии в межкорпоративном, бюджетном и тарифном процессах. В таких условиях повышение цен на энергоносители мотивирует не к повышению эффективности ее использования, а к обоснованию дальнейшего роста тарифов или к дополнительным запросам на финансирование. Показатели энергоэффективности должны входить в состав показателей, используемых для бюджетирования по результату, и использоваться органами управления для оценки деятельности операторов промышленных энергетических систем.

 Рис. 10. Распределение мер по повышению энергоэффективности

Недостаток информации. Одна лишь ценовая информация, порождаемая рынком, недостаточна для ускорения процесса повышения энергоэффективности. Рыночные сигналы должны лечь на подготовленную почву, пройти по расчищенным каналам, только тогда они будут восприняты, при условии, что существует техническая возможность реагировать на рыночные сигналы. Внедрение стандартов энергоэффективности ставит барьер для выхода на рынок малоэффективных технологий и оборудования и поэтому является весьма эффективным в тех секторах, где информационный барьер наиболее значим. Информационное и мотивационное обеспечение подготовки и реализации решений часто игнорируется. Немногие позволяют себе роскошь тратить время и деньги на поиск информации, большинство действует по стереотипам. Стереотипы поведения («Делай, как все!») так широко распространены именно потому, что они избавляют как от поиска информации, так и от принятия самостоятельных решений.

Недостаток финансовых ресурсов и «длинных» денег. Определяет недостаточное финансирование деятельности по повышению энергоэффективности и недофинансирование расходов на поддержание систем энергоснабжения в работоспособном состоянии. В крупных компаниях и банковском сообществе требования к окупаемости проектов по повышению энергоэффективности и снижению издержек существенно более жесткие, чем требования к проектам нового строительства. Больше всего страдают от низкой энергоэффективности именно те, кто находится в самом тяжелом финансовом положении и в силу этого не располагает собственными средствами и не может привлечь заемные средства.

Недостаток организации и координации. Имеет место на всех уровнях принятия решений. Государственных органов, координирующих деятельность по повышению энергоэффективности в промышленности (отрасли, в которой уже работают тысячи человек), в России еще недостаточно.

Еще 20 лет назад был сформирован перечень из шестнадцати барьеров на пути энергоэффективности в промышленности, которые и сейчас все еще мешают реализации потенциала экономии энергии[4]:  

1. отсутствие подробных и объективных данных по энергопотреблению в производственных процессах в разрезе по отдельным подразделениям предприятий;

2. недостаток информации по энергоэффективным технологиям;

3. недостаток на рынке энергоэффективного и контрольно-измерительного оборудования;

4. конкурирующие обязанности руководителей;

5. нежелание принимать на себя риск первопроходца в реализации новых идей и применении незнакомых технологий;

6. отсутствие льгот или ограниченность знаний руководства предприятия о льготах, предоставляемых государством или энергосистемами для реализации проектов по повышению энергетической эффективности;

7. сдерживающее влияние высоких требований по пороговой окупаемости проектов на стадии их выдвижения;

8. задержка реализации проектов до тех пор, пока полностью не амортизируется установленное ранее оборудование;

9. низкая престижность проектов по снижению издержек производства в стратегическом плане компании;

10.  малая вероятность получения финансирования под проекты, имеющие низкий ранг в стратегическом плане;

11.  рост доли обязательных проектов в общей инвестиционной программе;

12. ограниченность инвестиционных фондов, выделяемых для реализации мелких проектов, нацеленных на снижение издержек;

13.  инерционность процесса распределения капитала по типам проектов;

14.  неэффективная комбинация сегментов рынка энергоэффективного оборудования;

15.    высокие пороговые требования эффективности капиталовложений на стадии распределения капиталовложений по проектам;

16.  более высокие требования минимальной прибыльности мелких проектов по сравнению с крупными.

17.  Эти барьеры универсальны и мало зависят от страны нахождения бизнеса. Так компания «Джонсон Контролс» установила, что для промышленных энергоменеджеров Китая главными барьерами для продвижения энергоэффективности являются: недостаточно быстрые сроки окупаемости (21% ответов); нехватка квалификации (18%); недостаток финансирования (17%); неопределенность в отношении размера и устойчивости экономии энергии (17%) и дефицит внимания к проблемам повышения энергоэффективности (13%). Практически в таком же порядке эти барьеры выстраиваются и в Европе.

 

Сама пойдет?

Промышленность является сектором, где меры политики повышения энергетической эффективности очень ограниченны. Они касаются в основном энергетических аудитов и не соответствуют рекомендациям МЭА[5]. В законодательстве США, Европы и Китая энергосбережению в промышленности уделяется намного больше внимания. Анализ числа применяемых мер политики в промышленности ЕС показал, что: в Германии применяется 30 мер политики; во Франции - 14; в Великобритании - 13; в Нидерландах - 9. В среднем в ЕС на одну страну приходится около 10 мер. Они формируют своеобразный «трилистник» мер политики в промышленности (рис. 10). Страны, которым прогресс в повышении энергоэффективности в промышленности дается труднее, применяют больше мер. Наиболее часто меры принимаются в отношении ТЭЦ (когенерация), систем электродвигателей, сжатого воздуха и освещения.

Постановление Правительства РФ от 12.08.2011 № 562 «Об утверждении перечня объектов и технологий, имеющих высокую энергетическую эффективность, осуществление инвестиций в создание которых является основанием для предоставления инвестиционного налогового кредита» устанавливает, что организация, вкладывающая средства в создание объектов и технологий, имеющих высокую энергетическую эффективность, вправе получить инвестиционный налоговый кредит. Эта льгота не работает.

Государственное регулирование повышения энергоэффективности в промышленности может быть ориентировано на две основные группы промышленных предприятий. Для крупных энергоемких предприятий (ТЭК, черная металлургия, цветная металлургия, химия и нефтехимия, целлюлозно-бумажная промышленность, цементная промышленность) основной программный инструмент - долгосрочные целевые соглашения по достижению заданных индикаторов повышения энергоэффективности. Важным направлением достижения этих индикаторов является модернизация основных технологий в энергоемких видах экономической деятельности.

 

Средние и мелкие предприятия

Основной инструмент для неэнергоемких видов деятельности - создание системы массовой реализации типовых технических проектов путем осуществления программных мероприятий, с помощью которых обеспечивается мотивация промышленных потребителей энергии к реализации этих проектов. Важным направлением повышения энергоэффективности для этих отраслей является модернизация общепромышленного оборудования.

В России практически отсутствует опыт партнерства промышленности и правительства в сфере повышения энергоэффективности. Для реализации соглашений о повышении энергоэффективности необходимо осуществить следующие 10 шагов:

1.    Устанавливается цель снижения энергоемкости промышленного производства к 2020 г.

2.    Для отдельных отраслей промышленности Министерство энергетики РФ, Министерство экономического развития РФ и/или Министерство промышленности и торговли РФ готовят «Руководства по определению показателей по энергоэффективности в промышленности», как это уже сделано во многих странах. Цели могут быть сформулированы в виде абсолютного объема экономии, снижения удельных расходов или изменения индексов энергоэффективности.

3.    Определяются промышленные группы и холдинги, а также, возможно, союзы и ассоциации, которые могут стать сторонами соглашений о повышении энергоэффективности. Определяется порог потребления энергии, начиная с которого компания может стать участником соглашения.

4.    Производится декомпозиция цели снижения энергоемкости в промышленности в систему целей снижения энергоемкости основных отраслей (как средневзвешенная по основным продуктам) и (или) для отдельных промышленных продуктов для отраслевых соглашений.

5.    Формируется система сопоставления параметров энергоэффективности («бенчмаркинга») для отдельных предприятий, в рамках которой они могут сравнить свои удельные расходы со средними по отрасли и с «идеальными» удельными расходами для технологий, работающих в сходных условиях. Кроме того, эта система должна давать рекомендации по реализации мероприятий и оценку изменений рейтинга предприятия по уровню энергоэффективности после реализации предлагаемых мероприятий.

6.    Промышленные группы, компании, союзы или ассоциации, с которыми подписываются такие соглашения, проводят энергетические обследования и разрабатывают план повышения энергоэффективности до целевого уровня. Должны быть подготовлены «Руководства по подготовке планов повышения энергоэффективности». Компании обязуются в рамках этого плана реализовать проекты со сроками окупаемости в пределах пяти лет и ввести стандарты энергоменеджмента.

7.    Проводятся переговоры представителей государства и промышленных ассоциаций по согласованию целевых установок и планов. Целевые установки и планы пересматриваются не реже 1 раза в пять лет.

8.    Согласуются формы ежегодной отчетности по выполнению плана и достижению целевых параметров повышения энергоэффективности и формируется система мониторинга. Создается система верификации данных мониторинга и определяется уполномоченное правительством ведомство для проведения работы по мониторингу и верификации.

9.    Определяются финансовые стимулы для участников целевых соглашений, успешно реализующих планы и достигающих целевых параметров повышения энергоэффективности компаний и ассоциаций, а также штрафы для не выполняющих обязательства.

10. Оценка эффективности целевых соглашений по повышению энергоэффективности проводится уполномоченным правительством аналитическим центром не реже 1 раза в 3 года. Задача оценки - сформулировать рекомендации по совершенствованию программы и оценить ее прямые и косвенные эффекты.

Китай находится на первом месте в мире по расходам в повышение энергоэффективности. По оценкам ЦЭНЭФ в 2011 г. Китай израсходовал на эти цели 57 млрд долл. США. Программа долгосрочных соглашений «Топ-1000» увенчалась полным успехом. При плановом задании на 2006-2010 гг. по экономии 100 млн т у.т. фактическая экономия составила 150 млн т у.т. На долю этих 1000 промышленных предприятий (точнее, 1008) приходилось 33% всего энергопотребления и 47% промышленного энергопотребления в стране. Для каждого предприятия были установлены задания по снижению потребления энергии к 2010 г. и оно должно было: создать у себя подразделение по экономии энергии; сформулировать задачи по экономии энергии; создать систему отчётности об использовании энергии, провести энергоаудиты, тренинги; разработать план энергосбережения; разработать и принять меры по стимулированию энергосбережения, инвестировать в повышение энергоэффективности. Предприятия должны были ежеквартально отчитываться по уровням энергопотребления перед Национальным Бюро статистики. В программу попадали крупные производства в девяти основных отраслях промышленности с наибольшим потреблением энергии: более 250 предприятий черной металлургии, 240 - химической промышленности, около 140 электрогенерирующих компаний, 100 предприятий нефтяной и нефтехимической промышленности, 95 предприятий отрасли строительных материалов, около 70 компаний цветной металлургии, 55 угледобывающих компаний, 20 компаний целлюлозно-бумажной промышленности и около 20 компаний текстильной промышленности[6].

Чтобы стимулировать промышленные компании, им выплачивались премии за экономию энергии в размере от 24-30 долл. США за каждую т у.т., сэкономленную за год предприятием. Размер первоначальной субсидии (60%) составлял примерно 5-10% от затрат по проекту. Как правило, доля затрат, связанных с повышением эффективности использования энергии, в стоимости нового промышленного оборудования равна 15-20%. То есть китайское правительство компенсировало около половины приростных капитальных вложений в повышение энергоэффективности. Премии и возвраты по уплаченным налогам выплачивались предприятиям при выполнении следующих условий:

Процесс выплаты премий организован следующим образом: предприятие подает заявку на одобрение в правительство провинции; после одобрения заявка передается в Комиссию по национальному развитию и реформам и в Министерство финансов на дальнейшее одобрение; после утверждения заявки предприятие получает 60% от премии на заявленную экономию в виде предварительного платежа для финансирования программы; оставшаяся сумма выплачивается по ре-


Таблица 3. Оценка эффектов от повышения эффективности электродвигателей

Сектор

Промышленные системы электроснабжения

Ожидаемая
экономия

422 тыс. т у.т. в 2020 г., 802 тыс. т у.т. в 2030 г.

Кумулятивно в 2013-2020 гг. 2,0 млн т у.т., а в 2013-2030 гг. - 8,05 млн т у.т.

Характеристика мер и масштабы применения

Оптимизация мощности двигателей, использование электродвигателей высших классов энергоэффективности, встроенных в технологическое оборудование (насосы, компрессоры, промышленные холодильники, системы вентиляции и кондиционирования, транспортеры и в прочее оборудование). Установка всех новых электродвигателей, соответствующих классу высокоэффективных. Отказ от перемотки двигателей. Замена старых моторов в пропорции 50:50 на высокоэффективные двигатели и двигатели с повышенной эффективностью

Мероприятия программы

  • Стандартизация и сертификация двигателей по классам энергоэффективности;
  • Введение схемы «белые сертификаты»;
  • Развитие производства российских электродвигателей высоких классов энергоэффективности;
  • Формирование в банках с государственным участием стандартизированных банковских продуктов по финансированию программ повышения эффективности электродвигателей;
  • Формирование налоговых стимулов: ускоренная амортизация энергоэффективных двигателей, налоговые льготы, льготная ставка процента по проектам замены старых двигателей;
  • Создание системы экпресс-оценки эффективности работы электродвигателей (типа Мотор Рейтер);
  • Создание базы данных и информационного портала, руководств для промышленных энергетиков по формированию планов замены систем электродвигателей;
  • Поддержка формирования ЭСКО со специализацией на программах замены двигателей.

Допущения, принятые при расчете эффекта, и его оценка

Ситуация в 2011 г.

Число электродвигателей - около 12 млн. Установленная мощность электродвигателей - около 80 ГВт. Потребление электроэнергии электродвигателями: 120 млрд кВт∙ч. Доля эффективных электродвигателей: 17%. Доля электродвигателей повышенной эффективности: 3%.

Экстраполяция сложившихся трендов в 2020 г.

Доля высокоэффективных электродвигателей: 11%

Доля электродвигателей повышенной эффективности: 26%

Реализация мероприятий программы в 2020 г.

Доведение доли высокоэффективных электродвигателей к 2020 г. до 27%, а электродвигателей повышенной эффективности до 33%.

Доведение доли высокоэффективных электродвигателей к 2030 г. до 43%, а электродвигателей повышенной эффективности до 57%.

Снижение выбросов

Суммарно 9,6 млн т СО2-экв. в 2013-2020 гг. и 38,4 млн т СО2-экв. в 2013-2030 гг.

Капитальные затраты на реализа­цию мероприятия

6,7 млрд руб. в ценах 2012 г. в 2013-2020 гг.

12,8 млрд руб. в ценах 2012 г. в 2013-2030 гг.

Стоимость экономии энергии

34 млрд руб. в 2013-2020 гг. в ценах 2012 г.

135 млрд руб. в 2013-2030 гг. в ценах 2012 г.

Источник: Оценки ЦЭНЭФ

 

 


зультатам реализации проекта на основе отчета о верификации, представляемого в Министерство финансов. В 12-м пятилетнем плане эта программа была расширена: теперь это программа «Топ-10000». Целевое задание для этой программы - получить экономию 250 млн т у.т. за 5 лет.

В промышленности многих стран доминируют внебюджетные источники финансирования расходов на повышение энергоэффективности. В основном это займы, лизинг, собственные средства, а также фонды энергосбережения и программы энергоснабжающих компаний. Тем не менее, на бюджетные источники приходится от 15% всех расходов на повышение энергоэффективности в США и до 24% в Китае. Коэффициент финансового рычага, то есть способность привлекать частные средства на 1 долл., выделенный из бюджета, в промышленности равен 5,7 в ЕС; 5,2 в США и 3,2 в Китае, то есть на каждый доллар вложенный государством удается привлечь 3-6 долл. из других источников. Россия же все еще стремится получить его значение равное бесконечности и в итоге существенно отстает по масштабам инвестиций.

В неэнергоемких отраслях 60-90% энергии потребляется на типовом общепромышленном оборудовании: промышленных ТЭЦ и др. электростанциях и внутризаводских электрических сетях; электродвигателях; системах тепло- и пароснабжения; системах производства сжатого воздуха; системах промышленного освещения; системах производства кислорода, холода и др. Среди преимуществ организации работы по типовым промышленным проектам можно отметить возможности: создания и использования баз данных и информационных порталов широкого доступа (для потребителей из разных отраслей и даже секторов экономики); применения схем стандартизации и сертификации; формирования специализированного бизнеса по модернизации систем с расширением рынка работ за счет широты охвата отраслей, в том числе возможность аутсорсинга, то есть обслуживания промышленного оборудования специализированными энергосервисными компаниями; формирования типовых стандартизированных банковских продуктов по финансированию программ повышения эффективности типового промышленного оборудования; упрощение введения налоговых стимулов для приобретения энергоэффективного оборудования в силу его универсальности и наличия системы сертификации; тиражирования положительных эффектов программ и демонстрационных проектов.

Так политика по стимулированию применения энергоэффективных электродвигателей требует, чтобы не менее 20% приростных капитальных вложений можно было возместить за счет субсидий или налоговых льгот. Реализация такой политики в России позволит получить экономию 8 млн т у.т. в 2013-2030 гг. (табл. 3).

Китайские эксперты определили, что экономия мощности при применении эффективных электродвигателей в среднем обходится в 670 долл./кВт. Это в 2-4 раза меньше, чем удельные затраты на строительство новых станций в России. Международный опыт показывает, что проекты по установке эффективных электродвигателей, как правило, окупаются за 1-3 года. ЭСКО совместно с банками могут отладить механизмы привлечения сравнительно краткосрочных финансовых ресурсов на реализацию проектов по модернизации систем электродвигателей и электропривода. Для реализации таких схем, в первую очередь, могут привлекаться банки с государственным участием и последующим распространением разработанных банковских продуктов по всей банковской системе.

В Южной Корее выплачивается субсидия как на производство, так и на установку эффективных систем электродвигателей из расчета 240 долл./кВт сэкономленной мощности (примерно 7200 руб./кВт) при экономии более 0,5 кВт мощности за счет повышения коэффициента мощности (cos j). Выплачиваются также субсидии на модернизацию систем промышленного освещения.

Помимо долгосрочных соглашений и масштабного запуска типовых проектов, существует значительный зарубежный опыт реализации политики повышения энергоэффективности в промышленности. Запуск и успешная эксплуатация этих механизмов требует принятия следующих мер:

Системы сопоставления параметров энергоэффективности («бенчмаркинга») для предприятий, производящих сходные продукты могут работать в двух режимах:

Для оптимизации промышленных энергопотребляющих систем необходимо разработать энергетический баланс предприятия[9] и генеральную схему развития энергообеспечения предприятия, в рамках которых должны разрабатываться основные технические решения. Важным условием эффективного энергоменеджмента является система договоров на энергоснабжение.


В США начиная с 2012 г. запущена программа сертификации «Высшие энергетические характеристики» (Superior Energy Performance). Она обеспечивает промышленные предприятия технологическими дорожными картами

Все статьи рубрики Экономика и управление

Архив номеров

Выпуски за 2009 год: №1 (1), №2 (2), №3 (3), №4 (4), №5 (5),

Выпуски за 2010 год: №1 (6), №2 (7), №3 (8), №4 (9), №5 (10), №6 (11), №7 (12), №8 (13),

Выпуски за 2011 год: №1 (14), №2 (15), №3 (16), №4 (17), №5 (18), №6 (19),

Выпуски за 2012 год: №1 (20), №2 (21), №3 (22), №4 (23), №5 (24), №6 (25),

Выпуски за 2013 год: №1 (26), №2 (27), №3 (28) , №4 (29), №5 (30), №6 (31),

Выпуски за 2014 год: №1 (32), №2 (33), №3 (34), №4 (35), №5 (36), №6 (37),

Выпуски за 2015 год: №1 (38), №2 (39), №3 (40), №4 (41), №5 (42),

Выпуски за 2016 год: №1 (43), №2 (44), №3 (45), №4 (46),

Выпуски за 2017 год: №1 (47), №2 (48), №3 (49), №4 (50),

Выпуски за 2018 год: №1 (51).

Статьи по темам

Энергетика (18) ,
Энергоэффективное строительство (17) ,
Возобновляемые источники энергии (21) ,
Региональный опыт (3) ,
О работе НП "Энергоэффективный город" (8) ,
Энергоменеджмент (5) ,
Энергоэффективные здания (2) ,
Информация о работе Координационного совета (124) ,
Экономика и управление (135) ,
Теплоснабжение (95) ,
Энергоэффективное освещение (53) ,
Учет энергоресурсов (16) ,
Энергосервис и ЭСКО (47) ,
Электроснабжение (13) ,
Когенерация (4) ,
Мировой опыт энергосбережения (44) ,
Новые технологии (46) ,
Энергетические обследования и энергоаудит (30) ,
Обзор СМИ (5) ,


Rambler's Top100

Авторские права на размещенные материалы принадлежат авторам
Тел.(495) 360-66-26 E-mail:
© Портал ЭнергоСовет.ru - энергосбережение, энергоэффективность, энергосберегающие технологии 2006-2018
Возрастная категория Интернет-сайта 18 +
реклама | карта сайта | о проекте | контакты | правила использования статей